Сенсацией этого месяца для многих оказались успешные удары украинских дронов по Афипскому и Туапсинскому нефтеперабатывающим заводам, а также в Орске Оренбургской области и Перми. Результатом чего стали не только фактурные виды пылающих предприятий, но и нефтяной дождь, выпадающий сейчас на головы россиян. Примечательно то, что в 2022 году мало кто мог представить себе, что у Украины будет возможность наносить удары на такие расстояния по территории страны-агрессора. А ведь это совершенно не предел для наших средств поражения.
Пылающие НПЗ в том же Краснодарском крае на самом деле на сегодняшний день уже не уникальный случай, а пример будничной работы украинских силовых структур. Расстояние же в 600 километров также не представляет собой некий недостижимый барьер, а скорее, по нынешним возможностям СОУ, такой себе middle-strike. И уже не удивляет тот факт, что украинские дроны долетают до Урала — Екатеринбурга, что более чем в 1 800 км от границы с Украиной. И это по прямой, без учета маневров.
Между тем украинские средства поражения за четыре с лишним года полномасштабной войны значительно эволюционировали от тактических ударов по объектам врага на временно оккупированных территориях и в РФ в пределах от 100 до 300 км до стратегических ударов deep-strike, превышающих 2 000 км!
Тактический старт
В 2022 году мы были ограничены не только технологическими возможностями, но и постоянным давлением со стороны наших партнеров, которые опасались, что Украина применит передаваемое ей вооружение по РФ и это приведет к некой «эскалации». В таких условиях украинские войска крайне осторожно совершали первые опытные удары средствами поражения собственного прозводства по территории страны-агрессора, преимущественно на тактическом уровне.
Изначально единичные удары наносились в основном по Белгородской, Курской и Брянской областях в пределах от 50 до 300 км.
Одним из наиболее резонансных в 2022 году ударов был налет по Белгородской нефтебазе, находившейся в 40 км от границы с Украиной.
Первая попытка осуществления middle-strike была предпринята в декабре 2022 года, когда украинские ударные дроны на базе советских оперативно-тактических разведывательных БПЛА Ту-141 «Стриж» атаковали аэродромы Энгельс-2 и Дягилево. Целью удара была стратегическая авиация Ту-95МС и Ту-22М3.
Примечательно, что это был первый случай, когда украинский БПЛА успешно нанес удар по целям на объектах в глубине Российской Федерации на дистанциях 600 и 500 км!
Тем не менее, основная доля ударов в 2022 и даже 2023 годах осуществлялась по ближней приграничной зоне. Хотя в августе 2023-го Украина осуществила на тот момент рекордный по дальности налет на Псковский аэродром, размещенный за 800 км от нашей границы.
И все же дальность ударов в 2023 г. не претерпела серьезных изменений и преимущественно колебалась в пределах до 500 км от границы. Но уже возникла концепция облика украинского дрона, которому суждено было стать основным инструментарием в борьбе с врагом в глубоком тылу.
Ту-141 «Стриж», применявшийся для ударов по аэродромам Энгельс-2 и Дягилево (и не только), был временным решением, которое было использовано из-за безысходности. Дальнейшее развитие воздушных средств дальних ударов — это дроны самолетного типа и дозвуковой скорости. Среди наиболее известных первых вариантов украинского возмездия были Mugin-5, UJ-22 Airborne, UJ-26 «Бобер» и пр.
Стратегический уровень
В 2024 году Украина вышла на стратегический уровень применения ударных дронов на дистанциях более 1 000 км. Речь идет о налетах на Нижнекамск (Татарстан) – 1 100 км и Салават (Башкортостан) –1300 км.
Кроме того, в том году украинские дроны не просто стали атаковать российские НПЗ на стратегических расстояниях более 1 000 километров, но и наносить удары по уникальным стратегическим объектам!
24 мая 2024-го мир увидел первые фотографии и видео поврежденной ударом дрона радиолокационной станции «Воронеж-ДМ» в Краснодарском крае РФ.
«Воронеж-ДМ» — надгоризонтная радиолокационная станция большой дальности, входящая в систему предупреждения о ракетном нападении (СПРН). Эти РЛС выполняют задачу по фиксации пусков баллистических ядерных ракет противника. Через несколько дней стало известно об аналогичной атаке и на РЛС «Воронеж-М» в Оренбургской области.
В 2024 году окончательно сформировалась стратегия ударов Сил обороны Украины, а именно: приоритет — нефтеперерабатывающая отрасль и топливные базы.
Закрепление и масштабирование этой стратегии в полной мере проявили себя в 2025 году, когда украинские дроны долетели до Усинска (Коми) в 2 000 км от границы с Украиной, а также Тюмени – 2 100 км!
Но важно то, что в 2025 году удары по России стали системными, более эффективными и по количеству не просто создающие паритет налетам российских дронов по Украине, а даже опережающих российский террор.
Это масштабирование привело к тому, что даже российская пропаганда в 2026 году стала признавать тот факт, что Украина запускает как больше, так и результативнее свои ударные дроны, нежели это делают РОВ.
Результативность — результат истощения
Нельзя не отметить, что нынешняя результативность налетов по территории России — это не только масштабирование производства дронов, выход на новые количественные показатели, но и системная борьбы с российской противовоздушной обороной — как в вопросах уничтожения ее боеспособных единиц, так и истощения боекомплекта.
В настоящее время Силы обороны Украины проводят системную работу по истощению российской ПВО посредством применения нескольких типов дронов-приманок. Российские оккупанты идентифицировали несколько разновидностей украинских дронов-приманок — «Майя», «Рубака», «ХаКi-20».
Это приводит к перерасходованию боекомплекта. И если ранее речь шла о нехватке самих систем ПВО у армии страны-агрессора, из-за крайне высоких потерь за время полномасштабного вторжения и низких темпов производства, то сейчас актуален вопрос нехватки зенитных управляемых ракет.
Буквально месяц назад в статье на OBOZ.UA «Охотник превратился в добычу: как случилось, что российская ПВО не может защитить воздушное пространство РФ и даже саму себя» https://war.obozrevatel.com/ohotnik-prevratilsya-v-dobyichu-kak-sluchilos-chto-rossijskaya-pvo-ne-mozhet-zaschitit-vozdushnoe-prostranstvo-rf-i-dazhe-samu-sebya.htm я детально описал проблемы российской ПВО — как ее ЗРК, так и РЛС.
С того времени ситуация у РОВ в лучшую сторону не изменились, а как раз наоборот: мы продолжаем наблюдать за поступательным и уверенным уничтожением на поле боя компоненты ЗРК малого и среднего радиуса действия.
За март российские оккупационные войска потеряли 30 единиц ПВО, а за первую половину апреля — 12. Такие темпы потерь значительно опережают как производство, так и восстановления поврежденной техники.
Результативные налеты украинских ударных дронов на глубокие дистанции — это комплексный успех мероприятий и действий всех наших подразделений и родов войск, которые позволили создать такие условия. И с учетом всего выше озвученного можно с уверенностью говорить о том, что в 2026 году будет не только масштабироваться количество налетов, но увеличиваться дистанции, а также повышаться эффективность ударов.
Демилитаризация и денацификация армии России идут строго по плану.
Источник: Оbozrevatel
Материал опубликован в рамках совместного проекта OBOZ.UA и группы «Информационное сопротивление».
