Американские промежуточные выборы обладают одной неприятной для любого президента особенностью. Они имеют свойство напоминать ему, что власть никогда не бывает окончательной.

История достаточно упряма. Партия, контролирующая Белый дом, на первых промежуточных выборах чаще всего теряет места в Конгрессе. Исключения были, но именно потому они и запомнились как исключения из правила. Для Дональда Трампа ноябрь 2026 года станет именно таким экзаменом.

Республиканцы контролируют Белый дом и обе палаты Конгресса. Это дает им огромные возможности и, одновременно, превращает их в единственного адресата для политического недовольства. Если экономика развивается хорошо, то это заслуга администрации. Если же растут цены, возникают проблемы на границе или Вашингтон выглядит неспособным принимать решения, то ответственность тоже становится вполне конкретной. Поэтому промежуточные выборы 2026 года в США фактически станут первым серьезным политическим отчетом Трампа после возвращения в Белый дом.

Если республиканцам и есть чего опасаться, то, прежде всего, Палаты представителей. Их большинство там крайне хрупкое. Демократам не нужен национальный политический обвал республиканцев, достаточно забрать несколько десятков конкурентных округов. Именно здесь работает главное правило американской политики: выборы в Конгресс выигрываются не всей страной сразу, а конкретными округами. Республиканцам помогает переразметка избирательных округов, которая улучшила их позиции. Но это не гарантия.

Любая волна недовольства президентом, прежде всего, ударит по Палате представителей. Причины могут быть разными: инфляция, стоимость бензина, миграция, государственные расходы, внешняя политика или просто усталость от власти. Американскому избирателю не нужно ждать следующих президентских выборов, чтобы выразить свое отношение к Белому дому. Он может сделать это, поставив другую галочку в бюллетене.

У демократов при этом появляется главное оружие – мотивация. Последние праймериз показали, что их электорат способен демонстрировать высокую политическую активность. Республиканцам было бы ошибкой это игнорировать.

Но и разговоры о неизбежной победе демократов выглядят несколько преждевременными. Америка остается страной, разделенной почти пополам. Судьбу большинства будут решать относительно небольшое количество действительно конкурентных округов. И там многое зависит уже не от общенациональных лозунгов, а от конкретных кандидатов.

Когда судьбу большинства способны определить 10 или 20 округов, то одна неудачная кандидатура может стоить партии места. Скандал, неудачная реплика, слабая кампания или внутренний конфликт и… безопасный округ превращается в поле боя. Республиканцам важно не перепутать идеологическую лояльность с электоральной эффективностью. Можно быть идеальным кандидатом для партийного праймериз и совершенно неподходящим для общего голосования. А именно сомневающиеся избиратели и решат судьбу 2026 года.

В Сенате положение республиканцев значительно комфортнее. Даже при сильной демократической кампании им придется одновременно конкурировать в нескольких штатах с совершенно разной политической культурой. Сенатор избирается всем штатом, а не отдельным округом. Поэтому кандидат должен обращаться не только к партийной базе, но и к гораздо более широкому электорату.

Республиканцам предстоят непростые гонки, но математически Сенат сегодня выглядит для них надежнее Палаты представителей. Отсюда возникает, пожалуй, самый реалистичный сценарий 2026 года: демократы получают Палату представителей, а республиканцы сохраняют Сенат. Для Трампа это будет политическим ударом, но не катастрофой. Республиканский Сенат сохранит огромное влияние на кадровые назначения и сможет блокировать значительную часть инициатив демократической Палаты. Демократы, в свою очередь, получат мощный инструмент для расследований, слушаний и давления на администрацию. И выборы 2026 года фактически станут прологом к кампании 2028-го.

Но республиканцы вполне могут удержать обе палаты. Списывать их со счетов было бы не менее ошибочно. Если экономическая ситуация улучшится, настроение избирателей станет более позитивным, республиканский электорат обеспечит высокую явку, а партия избежит провальных кандидатур в конкурентных округах, то республиканцы способны сохранить обе палаты. Им совершенно не обязательно выигрывать с большим национальным преимуществом. Американская политическая система устроена так, что судьбу власти часто решают небольшие группы избирателей в ограниченном количестве штатов и округов.

Самая опасная ошибка республиканцев – предположить, что результат президентских выборов автоматически повторится через 2 года. Не повторится. На президентских выборах человек выбирает лидера страны. На промежуточных же он часто голосует за то, чтобы этот лидер получил больше или меньше власти. Именно поэтому 2026 год станет для Трампа своеобразным политическим референдумом. Если республиканцы потеряют Палату представителей, то демократы назовут это отказом страны от курса Трампа. Если же сохранят обе палаты, то Белый дом получит гораздо более сильный аргумент, мол, американцы решили сохранить команде Трампа контроль над Вашингтоном.

США снова могут выбрать не победителя, а баланс. Я бы поэтому с осторожностью относился к прогнозам о неизбежной «демократической волне» или новом республиканском триумфе. Америка слишком поляризована для легких побед. История действительно говорит в пользу партии, находящейся в оппозиции к Белому дому. Но, история не голосует, а голосуют конкретные люди в конкретных штатах и округах.

У республиканцев есть сильные позиции в Сенате, преимущества после переразметки округов и темы, которые остаются привлекательными для значительной части американцев: прежде всего миграция, безопасность, налоги и регулирование. У демократов есть другое оружие: возможность превратить промежуточные выборы в голосование за президента, которого формально в бюллетене нет.

Поэтому, наиболее вероятный результат может оказаться неудобным для обеих партий: демократы получают Палату представителей, республиканцы удерживают Сенат, а Вашингтон возвращается к разделенной власти. И тогда начинается новый цикл взаимных блокировок, расследований, бюджетных кризисов и подготовки к 2028 году.

Для Дональда Трампа 2026 год станет проверкой не того, насколько громко он победил в 2024 году, а того, насколько его политический проект способен пережить первые 2 года собственного правления. А это уже совсем другой экзамен.

ЮРИЙ ВАНЕТИК, адвокат, политический стратег, член Совета директоров международного правозащитного агентства West Support, старший научный сотрудник Claremont Institute (Калифорния, США)