Вот мы и вернулись после некоторого перерыва — о причинах которого я расскажу.

То, что нас банили почем ни попадя — давно не секрет. Последний раз, насколько я помню, за коммент в стиле «вот, бля, дожились». Причины столь трепетного отношения рачни к нам кажутся непонятными, учитывая то, что мы не публикуем списки тайных счетов олигархов, не разоблачаем шашни с гимнастками старого Кабаева, не выдаем технические характеристики новейшего российского танка «Гармата» — и вообще не пишем ничего такого, чего не было бы так или иначе известно.

Однако, существует ряд тем, которые как бы известны — но говорить о них как бы не принято. Вроде «девочки тоже какают». Именно это доводит русню до шаленого сказу. Например — почему решением рачьего суда была запрещена статья про бегемотов и антилоп? Да потому что там высказывалась простая мысль: этническое вытеснение украинцев завозными раками и были созданы так называемые «пророссийские территории».

Но признать это — значит признаться в ползучей колонизации украинских территорий, применении тактики, которая, собственно, и позволила Московскому княжеству доползти до Тихого океана. Зря, что ли, в Сибирь за что попало ссылали? Поэтому надо до упора стоять на своем — «онитожелюди», «онигражданеукраины», им надо позволять федерализацию, референдумы, особые статусы — причем не на правах пятой колонны, занозы в теле унитарного государства, а как бы своих. Шарапов в банде «Черная кошка».

А украинцев в лучшем случае низвести до уровня «фест нейшн» — как индейцев, показывая туристам шаровары, гопак и мониста. Ну и использовать соловьину для военных радиопереговоров, шо в фильме «Говорящие с ветром».

И предложение «вытаптывать крокодильи кладки» сразу становится логичным — подобную организованную деятельность по структуризации хаотических пока еще колонизаторов надо пресекать. Как вы себе представляете открытую деятельность кружков любителей ХАМАС в Израиле или клуб любителей гексогена в Москве?

Вроде бы тут все ясно как два пальца об асфальт — но говорить об этом нельзя. Иначе сама затея теряет смысл. Поэтому и шерстят нас хлеще, чем сенсационных ньюсмейкеров. Блякнуться уже нельзя.

***

Но я не о том. Вернулись — так вернулись.

Сижу, читаю газету (да, такое бываает, потому что в туалете с ноутбуком неудобно, а планшет поломался) — и узнаю оттуда, что призыв на срочку выполнен всего на 39% — и уже предвижу радостное гыгыканье из страны утренней снежести, что хохлы воевать больше не хотят, палкой в военкомат не загонишь.

Гомогенное совсковое общество, как и положено, сейчас делится на варны. На политиков и управленцев брахманов. Тех, кто любит и умеет воевать — кшаттриев. На вайшьей, предпринимателей, создающих рабочие места, на шудр-тружеников, платящих налоги, голосующих на выборах и удерживающих над собой весь этот купол общества.

Я лично знаю людей, которые на пену исходили, не имея возможности попасть на службу. Один злился, что его из-за зрения не берут, хотя ему дальше гайки на расстоянии вытянутой руки видеть не обязательно. Второй, гражданский сапер 3 (три!) года обивал пороги военкомата. Третьего лично комбриг завернул, отметив, что из здорового у него только уши, и ему лучше в ЖЖ писать, а не выебываться по горам с носилками.

Фокс пошел бы на контракт. Но минимальный срок контракта постоянно повышали, в итоге контрактная служба обозначает бросить все — профессию, бизнес, часто семью, и полностью посвятить жизнь армии. Через минимальные три года вы попадете в абсолютно другой мир, и вам захочется обратно, как зэка после двадцати пяти лет хочется со свободы сбежать обратно в уютную и привычную зону.

Вы понимаете разницу: помочь Родине в тяжелый час — и посвятить всю жизнь армии?

На полгода готов? — Точно так. Готовность полчаса, собираю вещи, куда прибыть? — А на год? — Ну… Если надо, готов. — А на три? А на пять? Подумай, сержантом будешь… — Да идите вы нахуй, я популярный писатель, зачем мне через пять лет сержантом быть?

Вот в МОУ этой разницы не понимают, они думают шо раз сами вылупились из суворовцев и спят с женой по принципу «принять упор лежа, двадцать пять раз отжаться» — то и все вокруг такие.

***

Заметьте, что у всех четверых, которых я упомянул, или ВУС, или актуальная специальность. Их не надо ничему особо учить, достаточно распедалить уставные положения — и вперед. По моему опыту это месяц, ну два, без особого заеба типа покраски травы и бега по канату в противогазе.

Поэтому объяснения, что длительный срок контракта необходим, чтобы отбить затраты на подготовку юнита, годятся в случае если вы Маугли в лесу отловили и начали из него пилота истребителя готовить. А не сорокасемилетнего ВДВшника, демобилизовавшегося еще в СССР и последние три года не вылезающего из красной зоны.

***

Тем более этого не понимают гражданские брахманы, которые помогают оформить армейские хотелки в законы.

Армию я люблю. Она хорошая, но ебанутая. Не в том смысле, что квадратное катить, а круглое носить — в этом смысле она ебанутая ровно настолько, насколько любая фирма по установке пластиковых окон, которая привозит рамы на пять сантиметров шире проема. А в том что свои интересы считает единственными, стоящими внимания. Там военные, которые живут военной жизнью, и исходят из военных же положняков. Патриотический порыв нации, когда даже одноногие пытались до фронта доскакать, некоторые восприняли как дар богов, и тут же принялись этот патриотизм консервировать для длительного хранения, как тушенку 1956 года.

Армия старается стать лучше. Не забывайте — это НАША армия. Наш щит и меч. Чмырить ее за шо попало недопустимо, это удар в спину. Но это не значит, что надо соглашаться со всей хуйней, которую она иногда творит. Соответственно и отлов призывников. Есть люди которые не хотят служить. Они не могут и не хотят. А есть которые могут и хотят. Но им нельзя. А если можно — то на таких условиях, что люди еще могут, но уже не хотят.

И если вайшьи с визгом разбегаются от призыва, а кшаттрии уныло топчутся у дверей военкоматов — то ебать за такое положение дел надо брахманов.

Ну, а чтобы не заканчивать на грустной ноте, вот вам песенка Винни-Пуха, вступившего «томми» на королевскую службу Его Величества кинг Джорджа.


***

Сказал вербовщик — есть добрая весть,

Поставь свое имя вот здесь и здесь.

И будут отныне с тобою всегда

Четырнадцать пенни в день и еда,

И будут отныне с тобою всегда

Четырнадцать пенни в день и еда.


И вот ты шагаешь не чувствствуя ног,

Туманный запад, горячий восток,

Зато отныне с тобою всегда

Четырнадцать пенни в день и еда,

Зато отныне с тобою всегда

Четырнадцать пенни в день и еда.


Будут враги, и будут друзья,

Станет привычной тяжесть ружья,

Но главное то, что с стобою всегда

Четырнадцать пенни в день и еда,

Но главное то, что с стобою всегда

Четырнадцать пенни в день и еда.


Станет забытым родительский дом,

Окна без рам зарастают вьюном.

Но что за беда, коль с стобою всегда

Четырнадцать пенни в день и еда,

Но что за беда, коль с стобою всегда

Четырнадцать пенни в день и еда.


Прощай же, вербовщик, побей тебя бог.

Желаю чтоб ты поскорее издох.

И ждали в аду тебя после суда

Четырнадцать пенни в день и еда,

И ждали в аду тебя после суда

Четырнадцать пенни в день и еда.