В этот день 20 января 1942 года на вилле Марлье на озере Ванзее состоялась Ванзейская конференция, которую собрал Гейдрих, и на которой было принято «Окончательное решение еврейского вопроса».
Я снимала эти места, я читала протокол этой конференции.
Мы с Андреем снимали в концлагерях Дахау, Аушвиц, Терезин. В шпееровских постройках Нюрнберга.
Мы брали интервью у директора мемориала Дахау.
В 2019 году мы сняли фильм "1939", в котором показали фрагменты фильмов Геббельса «Фюрер дарит евреям город».
Все это мы показывали сквозь призму того, как люди не понимают, что завтра смерть придет в их дом, начнут убивать детей и разрушать города. Как люди не понимают, что это случится завтра. Это был фильм с алармистским посылом: остановите Россию. Эту работу должны были делать «российские либералы», но они в исступлении и с остервенением продвигали свои «реформы» образования и боролись с коррупцией среди российских чиновников.
Мы на Кавказе через кошмар уже прошли, мы хотели предупредить, что Украина в страшной опасности.
Миллионы будут убиты.
А мы не может достучаться, нас называют истеричками.
Мы встретились с огромной силой сопротивления.
Уже после этого фильма нам стали перекрывать кислород, запретили показ в Вашингтоне, хотя все было договорено.
Я знаю теперь, кто вмешался.
А после фильма «Имперская мгла от Черного до Белого моря» нас занесли в «черные списки» хваленые «фонды по развитию демократии и свободы слова» на западе, в которые инфильтрированы сотрудники российских спецслужб.
Когда же мы стали говорить правду о русско-чеченской войне, нам стали открыто угрожать, нам обещали большие проблемы и нам их устроили.
Это у них называется «внести неправильных людей в списки токсичных».
А в 2022 году эти «фонды по развитию демократии» со всем штатом агентуры на «дрезине западных организаций со своими требованиями» проникли в информационное пространство Украины.
Мне это было очевидно, я пыталась быть тревогу.
Когда «хозяева медиа», которым показалось, что они «хозяева правды», устроили нам настоящий ад, я сказала себе:
«Отлично. Теперь мы знаем, что это ОПГ, мафия. Они занесли мое имя в черные списки, они вычеркивают меня из текстов, они вырезают меня из эфиров, они запрещают эфиры, в которые меня приглашают редкие совестливые журналисты, пока у них не начинаются проблемы.
Хотя я, как никто другой, могу дать им весь расклад на собственном примере, начиная с истории деда в Виннице, продолжая войной у нас в Грузии, о которой молчат, убийством нашего президента, и заканчивая разоблачениями агентуры российских спецслужб, которые инфильтрированы в западные организации».
Я буду делать это только на своем канале, пусть этот канал подвергается атаке и со стороны структур Лугового, и со стороны структур «релокантов».
Эти люди плохо учили историю.
Им почему-то показалось, что деньги и карательные структуры могут что-то сделать с правдой.
