Как известно, сейчас в Беларуси проходят учения ОДКБ, получившие забавное название «Боевое братство-2023». Нельзя сказать, что общая численность этого контингента представляет собой некую угрозу для Украины и в целом, что таковая может исходить от такой мертворождённой организации как ОДКБ, но в инфополе вновь заговорили об угрозах с территории Беларуси.

 

Со дня бегства РОВ с северного плацдарма Украины, а затем вывода основного их контингента с территории Беларуси, о некой угрозе повторения этого вторжения говорили не единожды, на протяжении 2022 и 2023. И, уверен, будут говорить и дальше.

 

А потому, небольшой обзор уровня угроз с территории РБ и о том, насколько мы готовы их парировать, а точнее – про оборону на северном плацдарме, которую вполне можно назвать «Линией Наева».

 

Начну, традиционно с напоминания о том, какими силами и средствами РОВ вторглись с территории Беларуси в Украину в 2022. Это было 40 БТГр элитных, полностью укомплектованных и обеспеченных подразделений, Это были 6-й танковый полк, 239 ТП, 37-я отдельная мотострелковая бригада, 64 ОМСБр, 11-я отдельная десантно-штурмовая бригада, 31-я ОДШБр, 234-й ДШП, 45-я отдельная бригада сил специальных операций, 14-я ОБрССО ГУ ГШ вс рф и прочие подразделения.

 

Что у нас в качестве угрозы со стороны беларуской армии?

 

Беларуская армия представляет собой примерно 20 БТГр и тактических групп условно боеспособных, что численно составляет 14-15 тыс личного состава.

 

У границы с Украиной сосредоточено 5 БТГр беларуской армии и 1 ТГр, растянутые вдоль границы.

 

Это 2 ДШБ из состава 38-й ОДШБр в районе Ужово и Пинска в Брестской области, — 2 ДВБ из состава 103-й ОВДБр в районе Лельчиц и Брагина в Гомельской обл и неполноценная БТгр из состава 5-й ОБр СПН в районе Иваново, Брестской обл.

 

То есть, мягко говоря, и близко не ударная группа войск, способная угрожать Украине. Но, что же в таком случае на территории Беларуси присутствует из состава российских оккупационных войск? И в данном случае следует разделять две группировки, а именно, непосредственно РОВ и ЧВК «Вагнер».

 

По составу РОВ в Беларуси сейчас находятся около 2 тыс л.с. которые представляют собой подразделения связи и ПВО. То есть, это не боевые подразделения наступательного характера.

 

ЧВК «Вагнер» сейчас в Беларуси присутствует в количестве до 5 тыс. Но это исключительно пехотная компонента на автомобильном транспорте, без какой-либо комплектации ББМ, артиллерией и пр.

 

ОДКБ, в рамках учений «Боевое братство-2023» представлено военнослужащими Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Беларуси и россии, общей численностью 2 500 л.с.

 

Таким образом, даже если гипотетически себе представить невероятное объединение всего этого калейдоскопа сил и средств в некую общую группировку, она всё равно не будет собой представлять ударный потенциал, для прорыва выстроенной на северном плацдарме обороны.

 

И теперь переходим к вопросу обороны «Линии Наева».

 

На протяжении всего 2022 и прошедшей части 2023 я регулярно слышал от разного рода «экспертов», да и, уверен, буду слышать в будущем, что северный плацдарм вообще не был готов к обороне в феврале 2022. Вот только все эти «эксперты» никак не могут пояснить, почему оказавшись с первых метров на украинской земле, российские оккупанты стали нести рекордные на тот момент их истории потери в живой силе и технике.

 

Тогда же особое экзистенциальное удовольствие мне доставляло читать российских военкоров, которые в паузах между ура-патриотическими припадками величия и рефлексии на «Киев за три дня», жаловались на то, как им сложно продвигаться и как их встречают не цветами, а укрепрайонами.

 

Фактически, дойдя до окраин Киева, российская элитная группировка была настолько истощена и истощалась каждый день, что после неудачной попытки окопаться, вынуждена была ускоренно бежать в Беларусь.

 

И как только это произошло, на северном плацдарме начала формироваться новая оборона. Процесс восстановления линий обороны и обустройства новых начался в апреле 2022 и продолжается по сей день. На сегодняшний день на северном плацдарме сформированы не просто не классические три линии обороны, полоса обеспечения, основная линия и тыловая – это гипертрофированные по глубине и многоуровневости оборонные рубежи, которые взаимо-компенсируют один другого.

 

Возможно, после окончания войны по «Линии Наева» будут водить журналистов и показывать, что она из себя представляет. Правда, не каждый поймёт, а тот, кто понимает, будет краток, охарактеризовав её как – это невозможно прорвать.

 

Для понимания, проведу небольшой экскурс в начальную математику.

 

С учётом индекса БТГр, в наступлении одна полностью укомплектованная батальон-тактическая группа, с налаженной системой снабжения и управления, может охватывать фронт от 2 до 4 км. По мере недостатка того или иного компонента уменьшается и функционал БТГр, снижается эффективность.

 

Для наступления на Киев, по правому берегу, через Киевскую область, оккупантам необходим потенциал полностью укомплектованных 40 БТГр. Но, это без учёта препятствий в виде линий обороны. В зависимости от плотности ЛО, сужается фронт и эффективность. В итоге, требуемый наступательный ресурс только на этом участке увеличивается до 80 БТГр.

 

В свою очередь, мы с вами видели, как россиян подвёл наступательный потенциал под Угледаром у подразделений 40 ОБр МП и 155-й ОБр МП составлял 3 БТГр на 1 километр фронта! И даже такая концентрация не позволила им захватить небольшой городок, до которого от позиций оккупантов было рукой подать – 2,5 км.

 

Это так же говорит об увеличении коэффициента БТГр в наступлении для современных подразделений РОВ.

 

То есть, прорывать «Линию Наева» РОВ могут попробовать имея в наличие около 200 БТГр или 160 тыс л.с. Но, главное, даже это не факт, что получится прорвать. Ведь пробовать – это ещё не означает мочь. Угледар, Орехов, Лиман, Боровая, Купянск – тому недавние и весьма красноречивые примеры.

 

А потому, оцениваем ситуацию здраво и делаем выводы, каковы у российских оккупантов организовать и осуществить поход на Киев 2.0.