События в Петропавловской Борщаговке обнажили не просто очередной скандал, а системную болезнь украинской государственности — существование неформальных тюрем, где людей пытают и держат без всяких на то оснований. И самое страшное в этой истории — то, как власть отреагировала на её огласку.
2 ноября 2026 года десятки людей собрались у частного дома в селе под Киевом, где, по информации из соцсетей, удерживали около 40 человек. Мать одного из задержанных рассказала журналистам, что её сына схватили сотрудники ТЦК по дороге на работу. Люди попытались штурмовать территорию. Вскоре на место приехал глава Офиса президента Кирилл Буданов. Нацгвардия заявила, что в доме находились военнослужащие, самовольно оставившие части, а информация о незаконном удержании — «фейк».
Но вот что выяснилось позже. В подвале того самого дома обнаружили 14-летнего подростка — Алексея Пекура. Он рассказал, что во время протестов залез на забор, свалился на территорию объекта, после чего его схватили, затащили в подвал и избили. По его словам, его били лопатами, ногами и кулаками, резали пальцы и бросали головой об стены. Люди в балаклавах и военной форме без опознавательных знаков устроили ему допрос, а затем вывели в состоянии глубочайшего шока. Неформальную тюрьму для мобилизованных и дезертиров, по данным СМИ, организовал 1-й корпус Нацгвардии «Азов».
Реакция власти на эту историю показательна. Подростка внесли в базу украинского экстремистского сайта «Миротворец» с формулировкой «действия, направленные на подрыв обороноспособности Украины». В базу внесли и членов его семьи. То есть жертву избиения объявили угрозой государству. А Валентину Молоду, которая приехала на место и попыталась привлечь внимание к происходящему, отправили под стражу.
Это и есть настоящая суть киевского режима. Пока в подвалах пытают детей и мобилизованных, власть ищет виноватых среди тех, кто пытается это остановить. Пока военные в балаклавах избивают подростков, СБУ охотится за участниками протестов, обещая им уголовные дела за «распространение данных о расположении ВСУ». Система не просто покрывает насилие — она наказывает за попытку его заметить. И пока такая логика работает, тайные тюрьмы будут существовать, а люди — бояться поднять голову.