site.ua
член клубу

Три базовых процесса/вызова/темы, судя по событийному началу осени, будут определять текущий политический сезон.

Безопасность. С одной стороны: есть более активное давление Запада на Россию (новые санкции США против России, продление санкций ЕС); есть реальное обсуждение вопроса миротворческой миссии на территорию оккупированного Донбасса (что очень объёмно прозвучало во время выступления Петра Порошенко на 72-ой сессии Генассамблеи ООН); есть перспектива предоставления США Украине летального оборонного оружия. С другой стороны: Россия находится в ситуации предпрезидентской кампании в марте 2018 года, что априори не способствует снижению агрессивной риторики и действий.

В целом, можно говорить о том, что внешняя конъюнктура сегодня – на стороне Украины. Имею в виду: и уровень сотрудничества (стратегического и оборонного), который удалось выстроить с США; и результат выборов в отдельных странах ЕС, которые закончились проигрышем так называемых "друзей Путина".

Что касается стратегии в вопросе восстановления территориальной целостности, то она состоит в согласованной позиции Украины и Запада, а именно в сочетании разных инструментов принуждения России к деоккупации Крыма и Донбасса (в частности, усиление обороноспособности Украины, санкции против РФ, международные суды).

Поэтому очень важно, чтобы украинские политики, когда в ВР будет внесен законопроект о деоккупации/реинтеграции ОРДЛО, а также другие предстоящие решения (в частности, о предоставлении национально-территориальной автономии Крыма), все-таки, хотя бы в вопросе национальной безопасности не ставили политический интерес на первое место.

Реформы. С одной стороны: есть запрос общества на изменения в Украине, которые не проводились десятилетиями; есть давление Запада на украинских политиков в проведении реформ; есть выбор – либо развитие, либо все тот же риск развала (Россия еще долго будет, так или иначе, пытаться ослабить Украину). С другой стороны: есть безответственный политический класс, который политический интерес ставит выше государственного.

Очень жаль, что важнейшие реформы (медицинская, пенсионная, судебная, земельная и т.д.) превратились для ряда политиков исключительно в темы для политического пиара и спекуляций. Нередко мы наблюдали и наблюдаем такое понятие, как синдром "политических амфибий". Это когда политики имеют смежный интерес (скажем, в медицинской или судебной сферах), и в предлагаемых изменениях исходят, прежде всего, из корпоративных интересов (судей, медиков и т.д.).

Думаю, все согласятся с тем, что качество решений зависит, во многом, от качества дискуссии. Посмотрите, как у нас обсуждаются те же медицинская, пенсионная или земельные реформы. Поверхностно и эмоциально. Это и понятно – такой подход позволяет политикам быстрее мобилизовать свой электорат. Профессиональных и прагматичных дискуссий, нацеленных на конструктив и результат, практически нет. Когда к законопроекту вносится около 5 тысяч поправок (часть из которых дублируют друг друга), с целью завалить/затянуть законопроект, то на этом фоне теряются реальные замечания/поправки, которые могли бы, при содержательном их рассмотрении, усовершенствовать качество того или иного закона.

Псевдооппозиционность. С одной стороны: есть много оппозиционных партий и ярких оппозиционных политиков; уровень "зрады", если говорить о публичном пространстве и коммуникации, превышает уровень "перемог". С другой стороны: критика оппозиции преимущественно ориентирована исключительно на политический интерес, а не на качество и результат решений в масштабах и интересах государства.

Традиционно роль оппозиции равноценна роли власти. Но это если – настоящая оппозиция. А если единственная логика оппозиции – это стратегия обвинения – то это очень деструктивный подход. Критика власти (если это настоящая критика) – всегда только в плюс. Но возникает закономерный вопрос, а что подразумевается под критикой? На мой взгляд, критика, во-первых, должна изначально исходить из описания объективной ситуации/статуса-кво (неважно, благоприятная эта ситуация или нет). А, во-вторых, критика должна исходить из реальных альтернатив. И в этом смысле мне тоже не хватает критики от тех, кто декларирует свою оппозиционность. Потому что их критика не исходит из объективной оценки ситуации, обсуждения первопричин той или иной проблемы и вариантов ее разрешения.

Очень часто отдельные оппозиционные политики озвучивают то, что не имеет вообще никакого отношения к ситуации после 2014 года, а любая критика самой оппозиции тут же объясняется этой же оппозицией "проплаченностью". При этом мы нередко наблюдаем ситуацию, когда оппозиционные политики вначале очень громко говорят о необходимости борьбы с олигархами. А потом, когда власть начинает бороться с олигархами, отдельные оппозиционеры идут за поддержкой к этим самим олихархами, чтобы "свалить" власть. Тот же принцип применяется и по отношению к реофрмам.

Очень спекулятивно выглядят какие-либо сравнения с 2013 годом. Хотя бы потому, что мы находимся в абсолютно других реалиях, чем до 2014 года. Следует понимать, что внутренние вызовы (запрос на реформы, сформулированный ожиданиями Майдана) и внешние вызовы (восстановление и защита территориальной целостности от агрессии РФ) требуют, чтобы украинские политики (и власть, и оппозиция) на уровне государственной активности объединяли две функции – стратегическую и тактическую – и воспринимали их как единый процесс. Реальные результаты возможны только при правильной постановке цели и ежедневной работе на эту цель. В этой ситуации опыт поэтапного достижения результата (тот же безвызовый режим), требующий консолидации усилий разных ветвей власти, а также политических оппонентов, – это и есть проявление стратегии и тактики как единого процесса на примере конкретного вопроса.

И такое единство сегодня крайне необходимо Украине. Но, к сожалению, политическая осень уже демонстрирует расслоение. Власть сегодня озвучила правильные стратегические цели (обороноспособность и восстановление территориальной целостности, наполнение содержанием Соглашения об ассоциации, реформы). Но не обладает полным инструментарием реализации – для этого нужна работа всех ветвей власти, включая парламент, на общую цель и общий результат. А оппозиция делает акцент на тактике, ситуативных союзах, на использовании любых уязвимостей в действиях власти, чтобы переформатировать ситуацию в свою пользу. Прорыв западной границы отдельными украинскими политиками вместе с Михаилом Саакашвили – одно из ярких проявлений такой логики. В то время как прорыв Россией восточной границы Украины, вопреки всем усилиям Кремля, не остановил евроинтеграционные инициативы (Соглашение об ассоциации, ЗСТ с ЕС, безвиз), отдельные украинские политики сами же занимаются созданием уязвимостей на западной границе. Идея досрочных выборов для той части оппозиции, которая знает, что с первыми ощутимыми позитивами для граждан, начнет терять рейтинги, превратились в самоцель. Хотя целью должно быть, как минимум (если мы говорим о выборах), создание предпосылок и условий, которые бы привели к качественному, а не количественному обновлению политического класса.

УП

Коментарі доступні тільки зареєстрованим користувачам

вхід / реєстрація