site.ua
look.gorky
Look Gorky
топ-автор

Работая над третьим партом о Самус Аран заметил, что непроизвольно ищу «точки невозврата» в российско-украинских отношениях. Поэтому решил «третий возраст» отложить, а пока сделать эдакое ver. 2.5, чтобы проявить и закрепить некие общие места.

Поиск «точек невозврата» - любимая для многих интеллектуальная игра. Она дает возможность косвенно критиковать исторических акторов, не рискуя нарваться на ответку «сам-то чего добился?» И если кто-то говорит, что «точкой невозврата» для Фьюрера был Сталинград, он имеет в виду что лично он никогда не поперся бы на Вольга-русляндфлюс, а запланировал бы брать Москву во втором тайме – ну и соответственно он умнее самого Фьюрера.

Однако в истории «точек невозврата», кроме как на страницах книжек, нет. Да и то – после каждой точки начинается новое предложение с большой буквы. Собственно, сама история – это описание похождений общества, и все точки невозврата расставляются постфактум, только потому, что возврат никто делать и не собирался.

Общество – не фарфоровый чайник, его расколотить навсегда невозможно. Точка невозврата – условное явление, когда стоимость возврата из-за этой точки невозврата (извините за каламбур с оксюмороном) превышает имеющуюся в распоряжении наличность. Это когда вход в ситуацию – рубль, выход из нее – десять, а в кармане осталось только девять. Вот это и есть невозврат в первичном, кассовом смысле.

Но даже тут сохраняются варианты – можно выйти под расписку, одолжить деньги на оплату или посидеть, подождать пока цена на выход упадет – если еды и сигарет с собой достаточно. Единственное, чего делать нельзя – просто выломиться из заведения силой. Потому что, в отличие от казино, история на всех людишек одна, и следующий вход придется оплачивать с учетом прошлых недоимков. Ну, или мигрировать на Марс, и там начинать новую историю, со своим собственным блекджеком и шлюхами. Однако правила даже на Марсе не изменятся.

Например, Германия могла выйти из войны с СССР в 1943 году, однако стоимость такого выхода превышала стоимость самой Германии. Поэтому пришлось делать все до конца, банкротиться до последнего, до флага над Рейхстагом, и отдавать тем, что осталось. Но! – чисто теоретически – согласитесь, если бы немцы пообещали выдать миллиард миллионов рейхсмарок, живого Гитлера с хвостом и баварские колбаски, то ситуация вполне могла бы сдать назад. По крайней мере, такой вариант можно рассматривать вне контекста литературного бреда российских «попаданцев» («Дантес попал в тело Пушкина»).

Я так уверенно об этом говорю потому, что в противоположном случае ни одного народа в мире не осталось бы. Все бы друг друга поубивали, не имея возможности дать задний, а last standing man доебался бы до мышей и вымер по естественным причинам. Тем не менее, не будем забывать, что армяне когда-то гнули Рим, а исторические народы-антагонисты Германии и Англии, по сути, гораздо большие братья, чем мы с болотной мокшней. И ничо, все как-то живут, армяне вообще наконец-то захватили эту вашу Италию с Римом и Медиоланом, и правят там самым ценным – модой.

Я вас уверяю, Марк Красс, грохнувший столько нервов и здоровья на парфянские да армянские разборки, услыхав про «армяно-итальянскую одежду», зарезался бы сам, не дожидаясь парфянской стрелы.

***
То есть, задний дать можно почти всегда, вопрос только в наличии ресурса на исправление собственных ошибок и готовности платить за откат к бэкапу.

Бесконечное количество «точек невозврата» в отношениях Украины и Снигерии, согласно законам геометрии, сливаются в одну сплошную прямую невозврата, имеющую анизотропные свойства – в жопу пихать дружбу народов было легко, а извлекается она как йолочная шышка вперед чешуей. Бесконечные войны – газовые, молочные, мясные, кондитерские... напомните, была ли торговая таможенная война России против магнитов на холодильники и ароматических палочек? Если нет – я сильно удивлюсь. В Украине выросло целое поколение людей, для которых Россия – это страна, воюющая с нами постоянно, если не на блок-постах, то на таможнях.

И кацапы удивляются – почему студенты скачут на Майдане? Умный человек задал бы вопрос – почему именно студенты скачут на гилляке с москалякой, а вот пан Профессор остался дома и скакать не пошел? Ну, потом он таки трохи неуклюже поскакал для правосеков, шоб отъебались и не расстреляли во имя бендеры, но идея совместить гилляку с москалякой пришла ему в голову аж через полгода после Майдана. Может быть потому, что он помнит другую, доисторическую Россию? Может быть потому, что его еще иллюзии не попустили, и жива память, как он бухал с московскими друзьями в Измайлово?

А вот студентам уже похуй. Они другой России не знают, кроме этого завистливого, жадного и драчливого петуха, с двумя головами, пустыми на 86% - или сколько там сейчас рейтинг у Хуйла. И считают что гилляка – самый подходящий для него насест. Извините, это шо, украинское телевидение с российскими сериалами про улицы разбитых ментов и прочими концертами валерий их такими воспитало? Да ИГИЛ так не воспитает, как сами кацапы!

Да они же выросли на бесконечной войне! Это сыновья полка, фактически, дети окопов. Юные барабанщики и подносчики картузов с порохом, уже в тринадцать лет знали, что нам впаривают газ за три цены, параллельно обвиняя в воровстве этого же газа. Продают ржавые «жигули» по цене «мерседеса», пользуясь безысходностью, а потом пробивают по базе домашний адрес и ультимативно требуют вернуть «елочку»-вонючку, висящую на зеркальце и бэушные резиновые коврики, потому что «они не входили в стоимость автомобиля». Или пришлют бандитов и коллекторов одновременно.

***
Значительное количество умных людей Снигерия потеряла в своих торговых войнах, на этот раз демографических – они все съебались в Израиловку, Гермашку и прочий норвэй. Тем не менее, в Снигерии остались не только дураки. И, рассматривая положение дел в монокль, власти понимали, что непрестанно обостряя ситуацию, не надо ее доводить до такой остроты, чтобы ею порезаться.

Але ощущения при вытаскивании шышки из жопы были болезненными, а операция дорогостоящей, поэтому на покрытие ментальных убытков от прошедшей колбасной битвы, судя по всему, планировалось тратить выручку от планируемого конфетного сражения. Вместо того чтобы шышку, прокручивая и смазывая, понемногу вытаскивать из жопы, принималось решение подпереть ее еще одной вдогонку, а потом еще одной, а потом еще.

Жадная российская державная блядина рвала любую копейку, где бы она ни блеснула, и сама мысль, что откат к статус-кво бывает только платным, терзала душу, или что там у нее вместо души. А когда оказалось, что на покрытие расходов по суммарным точкам невозврата не хватит всей Германии 1943 года, решили рвануть от Украины все и сразу. Ну, чисто по-достоевски – зарубить процентщицу. Заебала, старая сука, нахуя она столько в долг дала, что отдать невозможно?

Естественно, я имею в виду не деньги.

***
Одна моя знакомая леди пяти лет от роду сломала игрушечный зонтик. На мое предложение осмотреть дивайс на предмет ремонта, она грустно покачала головой: «Не-е-ет. Мама сказала, что это необормотимо паламалось». Осмотрев спицы, я согласился, что паламалось таки необормотимо, мы с ней пошли в магазин и купили там новый зонтик.

Сейчас продолжается предсказанное кафедрой нашествие российского рачья с человечьими глазами, предлагающего конструктивно обормотать ситуацию. «Конструктивно» – это значит определить, что именно было сделано неправильно, а в будущем делать исключительно правильно. И все сразу станет обормотимым. Можно даже новый зонтик купить вместо поломанного, если дело только в этом.

Но дело-то в другом: уже любое вложение является недостаточным, чтобы обормотить обратно ситуацию, злокачественно переродившуюся из суммы «точек невозврата» даже не в невозвратную прямую, а в какое-то многомерное пространство невозврата. С измерениями культурными, экономическими, военными, политическими – какими угодно – вся Украина стала для России анизотропным континуумом невозврата, когда шышку из жопы уже не вытащить – проще через гланды ее ложкой доставать. И речь больше не идет о стоимость возврата хода, просто на одном поле теперь стоят шашки и шахматы, и играть по общим правилам в принципе никак не получится.

Необратимыми сейчас для нас являются не поступки кацапов, а сами кацапы. Неважно – что они делают, важно – кто они есть. А кто они есть – мы знаем, потому что протягивают они тебе ладонь или кулак, в любом случае у тебя рука оказывается в говне.

Поэтому для обратимости ситуации нужна или какая-то другая Россия, или какие-то другие россияне. Но что пока есть только вот эти... ну, которые есть, блять! А до других, боюсь, не дожить «ни мне, ни тебе» (с). Когда они появятся, это заметим не только мы, но даже жители подземных городов на Марсе. А до тех пор совершенно похуй, куда передадут Крым-бутерброд, отстроят ли заново Донбасс, покрасив его перед сдачей свежей нитрокраской, вернут ли завод «Топаз», выплатят ли компенсации и принесут ли извинения.

Это будет судорожная попытка пьяного уебана привести в сознание сбитого им машиной на переходе прохожего. Причем вовсе не из человеколюбия, а с целью попытаться превратить реальный уголовный срок в условный. Но когда точка необормотимости пройдена, даже если запихать лежащему на асфальте человеку сотку на лекарства в нагрудный карман, сдать автомобилем назад за светофор, и зажмурить глаза, то пешеход не встанет, и не побежит резво дальше по своим делам.

И тем более, если сотку не запихали в карман сбитому прохожему, а наоборот, вытащили оттуда.