site.ua
член клубу

Помнится, где-то год назад некий российский высокопоставленный чиновник в порыве положенного по службе верноподданничества заявил, что Россия, мол – это Путин, Путин – это Россия и без Путина Россия невозможна. Сегодня, когда даже подобные этому чиновнику существа постепенно начали осознавать, что Путин нет-нет, да и сходит на «нет», интересно поразмышлять о возможной послепутинской России. Может ли и будет ли она существовать?

Автор далек от мысли, что вариант распада России на несколько отдельных государств по примеру СССР – столь уж неизбежен. Да, подобная вероятность есть, центробежные процессы на протяжении всей истории человечества рвали на части не одну империю, а законов социального развития не смог отменить еще ни один «вождь и учитель» или «сильный лидер». Тем не менее, это – всего лишь вероятность, никак не неизбежность. Потому как в противовес центробежным процессам, любая империя обладает еще и центростремительными, и вопрос о том, какие из них возобладают при переходе той же России к новой общественно-политической формации – это тема для доброго десятка международных конференций, как минимум.

«Необходимый-2».

У советского фантаста Сергея Снегова, в его первой в СССР космической опере «Люди как боги», существовала такая себе боевая космическая станция под названием «Необходимый-2», причем отдельно пояснялось, что имя это означало не тот факт, что без станции нельзя обойтись, а то, что любой агрессор ее хрен обойдет. Таким же именем, наверное, можно было бы наречь и нынешнего кремлевского лидера: многие полагают, что ему во всей России нет альтернативы в качестве руководителя страны. Он – «необходимый-2», первым подобным типом был Сталин, которого пытались-пытались сковырнуть, да не выпытались до самой смерти.

Примечательно, что идея о «безальтернативности» Путина популярна не только в самой России, где ее насаждают сверху донизу любыми средствами, но и за рубежом этой страны – причем в этой мысли сходятся те, кто ему поклоняются, с теми, кто его на дух не переносит, и даже предположительно незаангажированные нейтральные наблюдатели нет-нет, да и спросят – мол, а кто может заменить Владимира Владимировича (тм)? Нееет, мол, ребята – Путин к нынешней России подходит, как перчатка к руке.

Подобный вывод кажется довольно упрощенным, если не пропагандистски-простым. Конечно, нынешний путинский режим – это естественное продолжение истории этой империи, но продолжение это – лишь одно из возможных, оно вовсе не безальтернативно. На протяжении последних столетий в России, как известно, борются между собой два направления политической мысли, две исторические традиции: имперская и демократическая, чье противостояние вылилось еще в конце XIX – начале XX века в противостояние «почвенников» и «западников». В наше время голос «западников» почти не слышен, но это не значит, что их нет, как таковых.

Имперский проект, опирающийся на традиционно мощную государственную бюрократию (неизменную что при царях, что при Генсеках, что при нынешнем президенте), постоянно сталкивался на протяжении веков с хотя и пассивным, но непрекращающимся сопротивлением либеральной интеллигенции, а также спорадическими вспышками активности «низов». Последние, правда, настроены всегда были традиционно не демократически, а анархистски (тут было бы интересно рассмотреть разницу между понятиями «свобода» и «воля», но это уже ни в какие рамки статьи не влезет), так что, даже победив (как это произошло, например, в результате Октябрьского переворота 1917 года), «плебс» покорно подставлял шею под очередное бюрократически-имперское ярмо. Но демократическая традиция, традиция сопротивления диктатуре и бесправию, по-прежнему намертво закреплена, в первую очередь, в умах слабой, беспомощной, но страшно упрямой интеллигенции. Что же касается пресловутых «широких масс», то они, с одной стороны, традиционно ненавидят любое начальство, с другой же – уверены в том, что где-то все-таки есть тот самый «добрый царь», который нальет всем по стопке и сделает всем красиво. Собственно, именно на этой вере и выстроен нынешний имидж Путина, как «сильного лидера» - имидж, который может исчезнуть так же быстро, как появился. Потому что «сделать всем красиво» не предполагалось изначально, а на «налить по стопке» уже тупо не хватает денег.

Тьма вслед за серостью?

После неизбежного провала очередной попытки имперской экспансии наружу Россию так же неизбежно ожидает всплеск активности «альтернативной ветви» - то есть, демократических, анти-авторитарных настроений. Так бывало уже не раз: можно вспомнить любую из российских революций: провальная русско-японская война выплеснулась на баррикады 1905 года, провальная Первая мировая – в Февральскую революцию, поражение в Холодной войне – в распад СССР... Да и в более ранней истории подобных примеров можно отыскать множество: тот же несчастный Крымский поход князя Василия Голицина привел к падению правления царевны Софьи. Правда, в последнем случае ее авторитарное правление немедленно сменилось еще более авторитарной диктатурой Петра Первого, но вот в новейшей истории уже дважды, в феврале 1917 и в августе 1991, имперское поражение приводило к формированию союза интеллектуально-либеральной элиты и анархически настроенных масс с целью свержения диктаторских режимов. При этом распад этого союза знаменовал собой установление новых авторитарных режимов: сначала – сталинского, теперь – путинского. Либеральную интеллигенцию начинали привычно травить, стоило ей по-герценски «бесконечно удалиться от народа», бюрократия восстанавливала свои позиции, пообещав массам всем «своим» бесплатно налить по стопке, всем «чужим» - обломать рога по самые копыта. И – на новый круг.

Проблема лишь в том, что с каждым новым кругом возрастает иная опасность. Полуанархический «народный» большевизм вылился в жесточайшую сталинскую диктатуру. Нынешняя, пусть и не столь жестокая «внутри» бюрократически-спецслужбистская диктатура «коллективного Путина» может в результате своего падения уступить место вовсе не демократически-либеральным реформаторам, а самым настоящим нацистам, круто замешанным на уже четко сформировавшемся православном фундаментализме. Братья Стругацкие в своей повести «Трудно быть богом» писали: «Там, где правит серость – к власти неизбежно приходят черные». В начале XX века Россия избежала фашизма, так как соскользнула в иную форму тоталитаризма – коммунистическую, объявившую себя «интернациональной». Сегодня, в преддверии неизбежного падения очередной диктатуры и завершения очередного витка – удастся ли избежать фашизма еще раз? Не зря ведь в России все большую силу забирают всяческие Дугины с Прохановыми (сами-то они, конечно, на «вождей нации» вряд ли потянут, но на «идеологов» - вполне), а любимым философом самого Путина, по его признанию, является Иван Ильин, бывший близким именно к «белому движению», которое как его приверженцы, так и противники в 20-е – 30-е годы прошлого столетия совершенно открыто признавали «протонацистским».

Фашизм и в самом деле укоренился в современной России. Путинский имперский проект нашел в нем опору – не потому, что сам является фашистским (постараемся обойтись без пропагандистских приемчиков, применяемых против Украины: «фашист» - это не просто синоним «врага», как это полагают в России, подмножество «фашистов» и подмножество «врагов» пересекаются, но не являются тождественными), а потому, что в фашистских свойствах режим Путина находит пользу для себя: авторитаризм, агрессивная, направленная на захват территорий, внешняя политика, тотальная проправительственная пропаганда, а также государственно-монополистическая экономика и военно-спецслужбистская «вертикаль власти». Плюс, в российском варианте – еще и набирающий силу православный клерикализм, обеспечивающий идеологическую потребность.

Нынешний путинский режим, таким образом, вполне сравним с ранним периодом гитлеровского режима либо режима Муссолини – его «исходники» почти идентичны. Правда, гитлеровскому режиму суждено было набрать силу и утвердиться, а вот путинскому это, похоже, не суждено. Поэтому там, где Гитлер поглощал страну за страной, обеспечивая пресловутое «жизненное пространство», Путин только и смог, что отодрать кусочек там, кусочек здесь – у Молдавии, у Грузии, у Украины... и уже украинским «кусочком» «встающая с колен» империя жутко подавилась. Контролировать страны бывшего СССР или, как хочется, бывшего Варшавского договора, объявив их «сферой жизненных интересов», не получилось и уже не получится. Силы не те, да и опыт борьбы с Гитлером кое-чему мир все-таки научил. Но вот вручить бразды правления откровенным русским наци, тщетно надеясь таким образом спастись самому – на это «коллективного Путина», словно дона Рэбу, вполне может хватить.

Парад суверенитетов?

Впрочем, существует большая вероятность того, что, к счастью для всего мира, пройти до конца подобную метаморфозу нынешняя российская власть попросту не успеет – она не столь стабильна, как пытается всех уверить. Массовая, почти 90%-я поддержка, насчитанная кремлевскими социологами – весьма иллюзорна, ведь пресловутый «холодильник» продолжает в результате «вставания с колен» стремительно пустеть. Основная масса россиян по-прежнему аполитична в том смысле, что ей, конечно, приятно послушать пение ТВ-шных соловьев про то, как «нагнули укрофашистов» и «стерли пиндосов в ядерную пыль», но только в том случае, если это не мешает выпивать и закусывать quantum satis. А вот когда мешает, когда выпивать и закусывать становится сначала слишком дорого, а потом – попросту нечего, начинаются вполне понятные подозрения в том, что, как говаривал Жванецкий, «на мостике все – гады», разбавленные нытьем о том, что «да пусть уже все от нас отцепятся!» (это нытье автор все чаще слышит с российских просторов – не из официальных теле- и радиопередач, а из уст тех самых «простых работяг», которым приятно осознавать себя высшей расой, пока есть чего пожрать и выпить). При этом следует учесть, что эта самая анархически (пусть никто не обманывается в ближайшем будущем – не демократически, а именно анархически) настроенная масса на сегодняшний день опасается ФСБ гораздо меньше, чем когда-то боялась КГБ. У путинского режима труба пониже да дым пожиже. Верноподданность ему на всякий случай можно высказать, но, как говаривал Полиграф Полиграфович Шариков: «на учет возьмусь, а воевать не пойду!».

И именно в такой ситуации, при первом же крупном поражении (например, трескучем вылете из Донбасса либо возврате «отжатого» Крыма), и могут проявиться во всей красе те самые центробежные процессы, о которых мы говорили в начале. Региональный патриотизм (вроде, скажем, чеченского, татарского или сибирского), нежелание «кормить центральную бюрократию» теоретически могут разорвать Россию на несколько частей. Не обязательно, но возможно. Особенно, если ждущие своего часа региональные (или, если хотите, национальные) лидеры смогут воспользоваться лозунгами, испокон века близкими российским массам – социальной справедливости, ненависти к «зажравшимся богачам», «все поделить» и т.д.

«Наша песня хороша – начинай сначала»

Таким образом, можно подойти к довольно неутешительному выводу, а именно: отставка Путина в той или иной форме (болезнь, пенсия, международный трибунал, политическое убийство) – попросту ничего не решает. На данный момент, пожалуй, уже можно с определенной степенью уверенности говорить, что и вопрос-то такой не стоит: уйдет он или нет? Сейчас – не уйдет (вряд ли кто-то всерьез может думать, что это произойдет в ближайшее время), позже – обязательно, но его ухода со сцены – просто-напросто мало. В России и без него найдется, кому бросить страну в горнило войны и разорения – просто потому, что это легче всего и сулит быстрые дивиденды. А реальные, массовые и полезные реформы в данной ситуации просто немыслимы: Россия за последние полтора года серьезно обеднела, но еще не обнищала, так что «голодные бунты» пока еще вполне канализируются властью в «общенациональное единство» перед лицом внешнего врага – иными словами, денег еще достаточно, чтобы обвинять в бедности и скудости не собственную разорительную политику, а пресловутых пиндосов с гейропейцами.

У этой системы, правда, имеется очевидное «слабое звено» - яркое противоречие между агрессивной антизападно-реваншистской внешней политикой и экономикой, полностью зависящей от мировой. Гитлер не держал деньги своего режима в американских ценных бумагах, Сталин не пускал в страну «Сименсы» с «Дженерал Моторсами». Гитлер сначала создал собственную военную экономику и стратегические запасы (последнее, как известно – с немалой помощью СССР), а лишь потом обрушился войной на соседей. Сталин провел кровавую коллективизацию и голодную индустриализацию, а только после этого захватил половину Европы у того же Гитлера. Путин же решил, что для того, чтобы выдержать мировое давление, достаточно иметь нефть и газ. Это не много-, это двухходовочка, и она провалилась в связи со сланцевой революцией и умной политикой Запада в отношении так называемой «диверсификации источников энергоносителей». А других козырей, кроме икающих от смеха «Искандеров», у Кремля нет и не предвидится.

Поэтому определенно можно сказать одно: сил для дальнейшей экспансии у «СССР-лайт» больше нет. Невозможно одновременно претендовать на жесткую, вертикально-имперскую модель, обладая либеральной экономикой, созданной специалистами вроде покойного Гайдара или здравствующего Кудрина. Она не приспособлена для масштабных конфронтаций с Западом, о которых не переставая кричат пропагандисты. Даже нынешние, все еще слабые санкции заставляют кремлевский режим шататься – пока что это выливается, в основном, в слезные вопли кобзонов о невозможности лечиться на Западе, но за кулисами без громких слов разоряются «Газпром» с «Роснефтью». Сколько рублей должен стоить доллар, чтобы рубль попросту рухнул? Сколько доллларов должна стоить нефть, чтобы с российским бюджетом произошел коллапс? Пока что они столько еще не стоят, но ведь к тому идет... Сейчас не хватает денег на пенсионеров и студентов – но ведь при таких темпах очень скоро может не хватить и на любимые путинские игрушки – «настамнетские войска». Где уж тут осваивать новые территории или захватывать очередные? Это же все деньги...

Сможет ли демократически настроенное меньшинство, которое имеет на данный момент неплохой шанс на власть в постпутинской России, в кои-то веки сформулировать и реализовать программу, отвечающую не только его представлениям о демократии и свободном обществе, но и представлениям масс о сытом желудке и обеспеченной старости? Откровенно говоря, подобных исторических примеров Россия еще не знала. Сумеет – появится новая Россия, вполне возможно – та самая, о которой мечтали поколения «западников». Не сумеет – произойдет очередной разрыв и на сцену выйдет либо очередная бюрократически-сплоченная когорта, либо – черная фаланга со свастиками (в русском варианте - коловратами) и хоругвями Михаила Архангела. А это – еще опаснее. Не только для Украины и ближайших соседей России. Для всего мира.

Коментарі доступні тільки зареєстрованим користувачам

вхід / реєстрація