Сегодня годовщина начала агрессивной войны России против Грузии. Она началась с масштабной провокации и закончилась фактической аннексией Абхазии и Осетии. Ибо «независимость» этих республик подобна «независимости» Донецка и Луганска. Мы не сразу разобрались в происходящем. Но... Именно тогда, в 2008 году кристаллизовалась новая политика новой России. Многие скажут — сходство невелико. Сошлются на доклад комиссии ЕС, где во первых строках сказано, что Грузия первой начала боевые действия против Цхинвали. Обычно такие граждане не читают всего отчета. А общего на самом деле много.

1. Резкое давление могущественного соседа, усилившееся тогда, когда к власти пришел прозападный президент. Вспыхнувшая антинатовская и антиамериканская кампания.

2. Многолетняя поддержка (вплоть до военной «миротворцы») сепаратистских настроений в Абхазии и Осетии (И в Аджарии тоже, но не удалось).

3. Негласное снабжение оружием сепаратистских формирований. Информационная поддержка антигрузинских акций, предпринимаемых сепаратистами.

4. Провалившаяся попытка решить проблему военным путем (не так ли у нас?). Но скажу еще — уверен, что Россия была осведомлена о готовящейся акции и российские превосходящие силы уже ждали грузинскую армию, которая и была разгромлена.

5. Пламенные надежды на поддержку Запада, которые широко декларировались, но не сбылись. Мы, конечно повторили эту ошибку.

*

Вот показательный эпизод из фестивальной русско-грузинской жизни 2007 года. Поэтов везут в Верхнюю Аджарию. В каждом селе — фольклорный ансамбль, накрытый стол. Называется — встречи с общественностью. Заходим по пути в небольшую церквушку — прекрасно поют дети. Нас ждет совершенно замечательный старец-иеромонах. Затем все едем в очередной ресторан, к которому примыкает разделенный на секции бетонный водоем с проточной кристально-чистой водой: там выращивают форель. Новый пир. Тосты. Российский посол поднимает тост за дружбу двух православных народов, за веру, которая объединяет...

Но вот что: старого священника не только не попросили благословить стол, но и вообще к столу не пригласили. Он одиноко стоял в стороне, думая о чем-то своем. Я подошел к нему, попросил благословения, хотел поговорить «о вечном», но — старец начал повторять слова о противодействии НАТО, угрозе глобализации, о том, что настоящие грузины любят Россию и не любят США.

И я подумал: пока поднимают тосты за Православие, не молясь и оставляя священника одиноко стоять в стороне, пока этот униженный старец рассуждает о глобализации и НАТО — не стоит говорить ни об объединении народов, ни о любви, ни о вере.

*

За две недели до войны в Грузии тоже был поэтический фестиваль, в котором я принимал участие. Он совпадал с четвертьюбилеем Маяковского и все скопом поехали на родину поэта. Там в музее поэта состоялись чтения его стихов. И вот, ответственный работник РИА «Новости» Махиал Гусман вышел на середину и прочел... Вы уже догадались? Ну конечно — догадались. Стихи о советском паспорте. С выражением, как в школе учили. Прямо из широких штанин.

Тогда, девятого августа я написал вот это стихотворение:

***

Cвятая лежит в земле,
прижав Господень хитон.
Храм стоит на скале.
Скала испускает стон.

Над храмом древесный ствол
стоит, лишенный корней.
Дикий цветок расцвел
военной ночи черней.

Черный цветок кровит.
В черных его лучах
Нина, Тамара, Давид
держат мир на плечах.

Арагви — названье реки.
Мерани — крылатый конь.
Нет надежной руки -
остановить огонь.