Понять причины плачевной ситуации, в которой сейчас оказалась Украина невозможно без понимания того, что после Перестройки и развала Союза динамично меняющаяся жизнь расставила по социальным ступенькам не таких себе средних украинцев, а людей с определёнными врождёнными склонностями. Наивно полагать, что таможенными взяточниками и продажными прокурорами становятся потому, что на таможне и в прокуратуре низкая зарплата. Эти злачные места притягивают людей с соответствующими жизненными приоритетами. Туда стремятся в люди, сориентированные своим природным естеством на такой способ получения жизненных благ. Это легко видеть хотя бы по размерам взяток, которые они готовы платить за поступление в соответствующие ВУЗы. Естественно, что, например, правоохранительная система, наполненная такими людьми, представляет собой коррупционный монолит и не подлежит исправлению никакими реформами, повышением окладов и призывами к морали.

Хотя социальное поведение граждан определяется ментальностью, а ментальность, как мы знаем, медленно меняющаяся характеристика, однако, текущие свойства социума могут меняться значительно быстрее. Это возможно вследствие сосредоточения людей с определенными типами социального поведения в значимых местах социальной иерархии общества. Такая возможность появляется в момент, когда разрушается сложившийся жизненный уклад, а значит, люди освобождаются от занятых прежде ролей в социуме и освободившиеся места иерархии захватываются новыми людьми. В эпоху потрясений наверх, прежде всего, пробиваются люди, склонные к социальному доминированию, с низкой социальной ответственностью, способные использовать окружающих, раздавая пустые обещания. Люди совестливые, ответственные, склонные к сопереживанию отираются на низ социальной иерархии.

Пшеница за счёт тряски в зерновом сепараторе делится на фракции. Подобно этому, после социальных потрясений происходит сепарация (распределение) различных типов социального поведения в зависимости от места в социальной структуре. Как следствие - в социуме резко меняются поведенческие установки, ломая сложившиеся до этого допустимые стереотипы поведения (этику). Иллюстрацией здесь можно привести всплеск социально дерзкого поведения на дорогах. «Оборзевший бык» на дороге – это не просто излишне вспыльчивый гражданин, которого раздражают жара, пробки и тупые водители. Как правило, это люди с природной склонностью к доминированию, к уничижению окружения. Конфликтные ситуации, в которые они попадают, это не просто случайность на их пути. Это то, ради чего они функционируют как биологические единицы. Они сами ищут и провоцируют конфликты. В этом смысл их жизни. Очевидно, что таких людей в обществе не стало вдруг больше. Но именно такие люди первыми добились успеха в 90-х и выехали на дороги на престижных автомобилях. Они то и задали одно время тренд в неписаных дорожных правилах.

Влияние неравномерного распределения социотипов сказывается на всех сторонах нашей жизни. Учитывая это обстоятельства, можно получить более точное и более простое пояснение сути происходящего. Например, становится понятно, почему зарплата так называемых технарей, работа которых требует длительной подготовки и незаурядных умственных способностей, как правило, значительно меньше зарплаты банковского клерка средней руки, каждый день выполняющего одну и ту же рутинную операцию. В технари чаще идут люди не склонные психологическому противостоянию, предпочитающие решать технические проблемы, а не проблемы взаимоотношений. Таким людям гораздо проще отказывать в их претензиях. Понятно, почему в наших правоохранительных органах так распространена практика унижения человеческого достоинства, а часто, и садизма. В милицию стремятся попасть люди с соответствующими наклонностями, поскольку эта работа дает им легальное право на насилие. Эти примеры – небольшие штрихи к портрету нашего общества. Но есть и крупные, определяющие мазки, сделанные природными наклонностями отдельных людей.

Бывшие диссиденты, революционеры, шедшие в авангарде демонтажа СССР, в итоге оказались выброшенными из управленческой элиты. На подготовленные ими места перекочевали люди старой системы, те, против которых они боролись. Почему так случилось? Диссидентами становятся люди, не склонные к конформизму. В жизни это, как правило, склочные люди, живущие в постоянном конфликте с окружением. Они, как таран, разрушили старую систему, но оказались не способны создать вокруг себя атмосферу созидания.

В динамике процесс выглядел таким образом, что почти разрушившийся порядок в дезорганизованной стране «зацепился» и кое-как держался на партийных и советских бюрократах второго эшелона, не затронутых послеперестроечными бурями. Сломать старый доперестроечный уклад жизни и выбросить их из управленческой обоймы оказалось не так просто. Во-первых, жизнь государства требовала ежедневной рутинной бюрократической работы. А во-вторых, полностью и одномоментно сломать старый порядок равносильно удалению программы из компьютера: после этого он становится бесполезной грудой железа и пластмассы. Большевики так и поступили в 1918-м. В результате получили т.н. разруху – полностью дезорганизованное общество. Возрождение порядка тогда могло зиждиться хотя бы на какой-то определенности. После того как уклад жизни был полностью сломан, и купец, например, уже не знал, что ожидать от бывшего работника, да даже и большевик X толком не знал, чего ожидать от большевика Y, этой определённостью оказалась корпоративная солидарность евреев, выпестованная многовековым опытом выживания в чужеродной среде. Она стала своего рода закваской, той исходной определённостью, вокруг которой начала складываться упорядоченность жизни. Это поясняет феномен непропорционального представительства евреев в органах власти послереволюционного СССР. И дело здесь не в какой-то особой еврейской хитрости или еврейском заговоре.

В послеперестроечной Украине роль евреев сыграло неформальное братство партийной и советской номенклатуры. Что это за люди? Для большей выразительности, а не оскорбления ради, обозначим их свиньями, по аналогии с персонажами музыкального альбома “Animals” группы Pink Floyd. На момент перестройки это было третье – четвертое послесталинское поколение управленцев. Естественный отбор среди них происходил так, что на каждой ступени иерархии отсекались люди, способные бросить вызов местному лидеру. Постепенно советская номенклатура заполнилась людьми склонными к конформизму, способные изображать преданность любой официальной идеологии ради получения практической, т. е. материальной пользы от своего положения. Эти люди способны контролировать свои властные амбиции, способные в той или иной мере договариваться и придерживаться договора, чтобы не подвергать риску разрушения иерархическую структуру, приносящую им жизненные блага. Проще говоря, свиньи могут толкаться возле корыта с едой, но они никогда его не переворачивают. Свиное чутьё помогает им выявлять и исторгать из своей среды волков, способных перерезать свиное стадо. Все украинские президенты, в том числе и Янукович, были свиной породы. Это легко поясняет парадоксальную на первый взгляд отставку волчицы Тимошенко с поста премьер-министра сразу после Оранжевой революции и назначение свиньи Януковича. Для Ющенко Янукович хоть и был конкурентом, но своим по духу, братом по крови, от которого известно, что ожидать, и с которым можно договориться. Здесь необходимо сказать, что не свиное поведение президента Януковича скорее всего, поясняется волчьим типом поведения его сына Александра, таким дерзким и напористым, что остальным свиньям пришлось его (Януковича) убирать. А, кроме того, по словам Василия Хары, главы Федерации профсоюзов Украины, Янукович не был самостоятелен в своих действиях, поскольку был “на крючке” у Путина.

Свиной корпорации в 91-м удалось удержать послеперестроечную Украину от окончательной встряски и не допустить кровопролития. Они смогли не пустить во власть бешеных собак – откровенный криминалитет, взяли его, в конце концов, под контроль и поставили себе на службу. Под их управлением Украина прошла наиболее критический момент своего становления и худо-бедно, но стала государством. Стоит ли нам, простым гражданам, быть им благодарными за это? Вовсе нет. Свой респект они забрали деньгами! Они сделали Украину своей дойной коровой. Неформальное свиное братство закрепостило страну. Наверх поднялся моральный мотлох – люди, заточенные природой под паразитирование на обществе. В их повседневной морали, этике, стереотипах поведения “отключен модуль” сопереживания проблемам остальных (эмпатии). Необходимое каждому человеку чувство собственного достоинства они получают через ощущение важности своей персоны, измеряемое количеством потребленного. Чем гордятся свиньи? Количеством сожранного. Квинтэссенция свиной культуры – культура от Михаила Поплавского: водить связи с большими людьми, “портить” студенток и устраивать ритуалы самолюбования - свои, с позволения сказать, концерты. Пример свиной добродетели – забота о “маленьком украинце “от Виктора Ющенко: много украсть, поделиться крохами, и исполниться чванливой гордости от своей щедрости. Вторая компонента свиной души - ощущение встроенности в систему. Свиньи лелеют это ощущение, поскольку она (встроенность) - основа их положения. Их этика – обмен между членами свиного братства сигналами /подтверждениями “я свой/можешь на меня рассчитывать”. Главное для свиньи – не пропустить нужные дни рожденья. Их главный ритуал: “доступ к телу” – помпезная церемония свиных именин.

С точки зрения человеческой самоорганизации, в установлении свиной власти нет ничего нового и необычного. Это типовой процесс и мы знаем его как феодализм: установления власти “благородного” братства над остальными. Когда современное положение вещей в Украине называют феодализмом, то чаще всего это воспринимается как фигуральное выражение, как аллегория для выражения сарказма по поводу текущего положения. Однако же от настоящего средневекового феодализма оно не отличается по сути. Отсутствуют лишь формальное, правовое закрепление сословного положения. Но точно так же, как средневековые европейские феодалы, разгромив вражескую армию, оставляли за поверженным врагом-феодалом его право на особое положение, так и украинская элита не выдала никого из своих братьев по крови во время люстрации.

Как показано ранее, феодальная мораль и этика устанавливается после периода единоличного правления, когда “подножье” диктатора-самодержца стремиться закрепить свое положение, сделать его нечувствительным к смене диктатора. Необходимой фазой этого процесса является естественный подбор этого окружения по типу социального поведения.

Примером того, что наши суждения о значимости движения социотипов в структуре социума не являются высокоабстрактной ахинеей, может служить Грузия. Успех антикоррупционных реформ Михаила Саакашвили не в последнюю роль обязан тому, что на момент Революции Роз грузинские свиньи донельзя истощили свою страну и в значительной массе покинули её. Также страну покинул всякого рода криминал. И, кроме того, может быть не так формально, как мы здесь, а скорее - интуитивно, но реформаторы понимали значимость врожденных установок личности и пагубность феодальной этики. Казалось бы, нелепая борьба с пузатыми полицейскими от главы МВД Грузии Георгия Барамидзе дала результат, поскольку полицейское пузо в нищей стране – это признак остальной части естества. Казалось бы, нелепый закон о наказании не за содеянное, а лишь за признание себя уголовным князем – «вором в законе», сломал хребет воровской этике, укоренившейся в грузинском обществе.

Реальное существование некой уродливой силы, держащей страну в своих липких объятиях, проявляется в ощущениях, которые рождают в сознании трудно постижимые определения: постсоветское мышление, совок, бремя советского прошлого, хомо советикус, постсоветская модель, и т.п. И это непроизвольное увязывание власти свиной корпорации с советским прошлым – самая большая ошибка нашего общества. Именно эта ошибка, в конце концов, стоила нам крови. Правда таких определений лишь в том, что свиньи паразитировали на патриотизме советских украинцев – тех из наших граждан, для которых умершая страна осталась родной. Да, почти все из свиной элиты были когда-то коммунистами, но разве не они же похоронили коммунизм?!

Борцы с совком метали свои стрелы мимо цели. Это принесло Украине двойной вред. Во-первых, они вывели из-под удара корень зла – человеческий порок, рассеянный среди нас тонким слоем, но густо сконцентрировавшийся во власти. А во-вторых, они обратили гнев советских украинцев на саму идею независимого украинства. Два эти фактора одновременно дали им повод убедиться в его (украинства) никчемности и враждебности. Тем самым борцы с совком перевели проблему существования в Украине двух идентичностей из потенциальной в реальную. Если сразу после развала СССР проблема спала и с построением успешного государства могла и не проснуться, то теперь ситуация приняла такой оборот, что без моральных потерь утвердить независимую Украину уже нельзя. Нельзя потому, что советская общность априори имеет такое же право на существование, как и любая другая, когда-либо родившаяся под Солнцем. С точки зрения стороннего наблюдателя (с непредвзятой точки зрения) антисемитизм, например, и уничижение советского человека, чем любят заниматься наши либералы, равнозначны. Они одинаково аморальны. Как теперь это ни горько признавать, но построить Украину как братство людей, как собственно это и видится большинству из нас, уже не получится. Даже после наступления мира немалая часть нас будет ощущать себя проигравшими.

Теперь для украинства важно не потерять моральное преимущество, которое ему подарила российско-советская общность, прибегнув к подлым методам борьбы: чего стоит одна лишь тактика останавливать “фашистские” танки, выставляя перед ними женщин с детьми.

Очень важно, чтобы наша очередная попытка изменить Украину к лучшему не пропала даром, как это было с предыдущими. Неудача убивает надежду. А наша надежда в том, что современная украинская элита не отражает всей сути украинского народа. Под спудом находится другая Украина, стремящаяся вырваться наружу, на свободу. И эта Украина показала восхитительные примеры самопожертвования и самоорганизации. Ей нужно лишь найти способ победить. Главным знанием в поиске этого способа является то, что наш основной враг, это не что-то внешнее по отношению у Украине ( совок, Россия и т.п.) . Он находится внутри нас. Мало того, он часть нас. Его удалить также трудно, как трудно удалить паразита, присосавшегося к организму и замкнувшего на себя процессы жизнедеятельности. Убить такого паразита – часто означает убить и сам организм.

Источник

Коментарі доступні тільки зареєстрованим користувачам

вхід / реєстрація